Иркутская Духовная Миссия в 1875 году. Часть 3.

В отчете Миссии за 1874 год рассказан был Преосвященным один из многих случаев истязаний от языческих властей с разграблением всего имущества новокрещенных. «До вас у нас в улусе не было собак крещенных; на смерть бейте их, чтобы не было собак крещенных», кричали на крещенных языческие власти и буряты-шаманисты. В отчетном году повторялись такие же случаи. Новокрещенные за свою решимость принять св. крещение становились исповедниками веры. Так, напр., как пишет в своем отчете миссионер о. Филипп Саввин, некрещеный бурят Тар Гыргынов, побуждаемый своими улусными вожаками и шаманом, явился в дом крещенного инородца Василия Отодоева, у которого была новокрещенная Мария Халагаева, укрывавшаяся от преследования язычников по принятии св. крещения (14 Ноября 1874). По входе в юрту, не говоря ни слова Гыргынов вдруг напал на нее, бил кулаками, потом топтал ногами, приговаривая: «вот тебе, крещенная собака, вот тебе»… Бывшие тут буряты не крещенные не только не заступились за несчастную, но видимо соизволяли бесчеловечному поступку, как будто так и должно быть. Гыргынов был Марию Халагаеву до того, что она, казалось, была уже мертвой. Ее привел в чувство возвратившийся в юрту Василий Отодоев (крещенный и хозяин). Жестоко изувеченную на другой день он привез ее в Думу, чтобы найти суд и расправу с Гыргыновым. На счастье ее приехал в Думу окружной врач. Он по просьбе ее освидетельствовал ее в Думе и о нанесенных побоях составил в Думе акт. Началось по ее жалобе дело, но судьи-язычники оставили однако же правым Гыргынова потому только, что он отперся от всего, а за ним и свидетели буряты. Заступился за обиженную миссионер, а Дума спровадила дело в Родовое Управление к злейшим врагам их – старосте Алсаеву и Елбоеву. Не лучше была участь инородца Василия Отодоева, у которого эта несчастная жертва языческой вражды имела временный приют. Крестившись 28 Января отчетного года, в Феврале он подвергнулся обшей участи, ненавидимых всеми, крещенных. От тяжких побоев, нанесенных ему без свидетелей, он был изувечен, что постоянно кашлял и харкал кровью и 17 Декабря скончался. Точно также окончили страдальческую свою жизнь от тяжких побоев, принявшие св. крещение, инородки Параскева Маркова и Мария Михайлова. А что же сталось с бедной Халагаевой? Ее нашли в петле в Кулункунском улусе и сказали, что сама удавилась, а смерть всякому язык завяжет.

Об одном из подобных случаев в отчетном г. официально заявлено Г. Иркутскому Губернатору.

Вот этот случай. 26 Мая миссионер Кудинского стана просветил св. крещением инородца 3-го Бабаевского рода Зун-Булукского улуса Забар Оксогоева и нарек Вениамином. Он первый из 737 душ 3-го Бабаевского рода сделал этот шаг, но за то изуверство язычника-тайши чуть не довело его до безгодной смерти. Оксогоев по принятии крещения, пошел от миссионера в свой Зун-Булукский улус. Дорогой он размыслил, что за крещение его там прибьют или совсем убьют одноулусники, и он не пошел в свой улус, а пошел в Верхоленское ведомство к родственникам умершей его матери, чтобы пожить у них. Не дошедши до них, он остановился для отдыха в Ользоновском инородческом селении у оседлого инородца Стефана Алархиева, куда в то время по каким-то делам приехал и Верхоленской Степной Думы Тайша Орхоков. Узнав, что он крестился и находится здесь, Тайша тотчас потребовал его к себе, и когда узнал, что действительно крестился, то затрясся от сильной злобы, и при этом припомнил ему, что Оксогоев когда-то надоедал ему иском о возвращении 20 матерных шуб и других одежд, убранных старинными рублевиками, которыми, по смерти, его матери, Орхоков бесправно завладел. Так как Оксогоев попался ему в ведомстве, где он самовластный распорядитель, то вздумал расправиться за все по своему, сначала бросился на него сам и бил по голове кулаком, потом приказал сечь розгами и секли его до тех пор, пока он не лишился чувств. Тогда Орхоков велел перестать его сечь и ушел на общественную квартиру. Спустя после того несколько времени Оксогоев опомнился от побоев и успел объявить о том одному купцу, проезжавшему по тракту в г. Иркутск, чтобы уведомить о том крестившего его миссионера. Когда Орхоков об этом узнал, то за жалобу повелел посадить его в тюрьму, устроенную в Ользоновском селении для пересыльных арестантов и морить голодом. На другие сутки тюрьма понадобилась для помещения проходивших арестантов. Тогда Орхоков велел запереть его в скотскую стайку и тоже не давать ни хлеба, ни воды и караулить. В скотской стайке Оксогоев просидел голодом еще сутки. На третью сутки, воспользовавшись слабостью надзора, вылез из стайки и ушел, но не в свой улус, где тоже боялся новых истязаний от начальствующих своего рода, а в Курумчинский род Кудинского же ведомства, а потом в Капсальское ведомство, где до 20 Ноября и скрывался. Такое истязание Орхоков делал над инородцем другого ведомства: каково же должно быть его самовластие между своими подчиненными?.. Что сталось потом с Оксогоевым? Куда было ему деваться? В свой род он не мог ехать для жительства. Там начались бы такие же истязания, как он вытерпел от Орхокова. Оставалось идти в Иркутск в услужение; но к этому нужен билет, а враждебные языческие управы не дадут билета. Миссионер за болезнью глаз не мог лично хлопотать за него в Думе, а послал в думу своего помощника – диакона. Ума отказалась в выдаче билета, сославшись на родового старосту 3-го Бабаевского рода, к коему он принадлежит. Диакон обратился к старосте, который был тогда на общественном сулгане. Староста зашумел на Оксогоева, а с ним тайша, и здесь хотели посадить его в тюрьму. Двое суток диакон хлопотал за новокрещенного и выяснял местным властям жалкое его положение и несправедливость отказа. Наконец, убедил старосту дать ему увольнение. Но и тут была только хитрая уловка. Староста увез Вениамина в родовое Управление. Приехал туда и диакон для ходатайства и защиты. Здесь общество и староста все-таки вырешили дело по своему: билета не выдавать, а отдать Вениамина в общественную школу на общественный счет, и вот 18-ти летний юноша, стесненный отовсюду и не имеющий средств, стал учиться грамоте. Тут была цель, забрав в свои руки обиженного, лишить возможности жаловаться; так как Орхоков из опасения ответственности согласился с 3 Бабаевским обществом. Потом он употребив в свое дело подговоры. Подослал в училище с деньгами, чтобы через деньги сманить Оксогоева к бегству из училища, которое и без того не могло быть ему приятно, как неволя. Оксогоев действительно легко поддался обоянию получить деньги и бежал из училища. Пошли розыски… судьба вовсе отрадная.

Несоответственное положение христианства и дел миссии здесь, как и в соседних ведомствах по Якутскому тракту, зависит главным образом от того, что в местном управлении некому войти в положение инородцев, а все зависит от самоуправства над христианами и преследования их со стороны представителей языческой власти. В силу положения, получившего Высочайшее утверждение, христиане-инородцы должны, не взирая на сопротивление язычников, иметь в Думе и в Управах своих выборных представителей для защиты их прав и интересов против таких людей, которые ни чего не знают, кроме сильного и своего дикого произвола. Кроме того необходимо для водворения новокрещенных по естественному ходу христианства везде, где есть инородцы, также не смотря на сопротивление бурят, отвесть участки земли, как принято уже за Байкалом, в количестве 3000 десятин, для водворения их на общих инородческих дачах, где они, находясь под ближайшим надзором миссионера, неподалеку от церкви, могли бы утверждаться в христианстве и навсегда остаться с своим потомством верными Церкви и правосланому Государству.

Что же оставалось делать миссионеру в таком положении, в каком он был поставлен в среде язычества, сосредоточенного в самой Думе? Какого ожидать успеха? Вот он ведет статистику крещаемых: в 1871 году, когда построена церковь, никого крещено не было, в 1872 году, когда и миссионер помер, крещен 1, в 1873 году крещено 18 человек с детьми, с 1874 года 24 человека, и в отчетном 18; из того числа возрастных 32 человека, и то все дети крещенных родителей, открытые по вновь составленным спискам. Вся паства миссионера состоит из 204 душ об. п. при 14,236 душах Кудинского и Капсальского ведомств.

Видно однако же, что была когда-то пора, благоприятствовавшая здешнему краю, когда свободнее инородцы принимали крещение. При этих благоприятных условиях возникли целые селения оседло-ясачных инородцев, каковы Усть-Ордынское, Курское и Голоустное, стоящие особняком среди бурятских кочевьев, разбросанных на значительном пространстве, при особых топографических условиях, затрудняющих путевое сообщение.

Более усердными посетителями Усть-Ордынского храма, при неупустительном Богослужении свящ. о. Филиппа Саввина, были местные жители упомянутых селений – Усть-Ордынского и Курского. Миссионером положено за правило – в каждый воскресный и праздничный день предварять Божественную Литургию Акафистом Пресв. Троице для укрепления в св. вере своих чад усиленной молитвой. Для посещения же новокрещенных, одиноко скитающихся среди бурят, на одни только страдания, миссионер сделал 67 поездок. В это время он успел с ними исполнить долг исповеди и св. причастия и укреплял их словом Божьим в надежде на силу Божию, могущую избавить их от несправедливых гонений и обид жестоких язычников.

Селение Голоустное, известное по Чудотворному Образу Святит. Николая и сооруженной в 1866 году церкви, принадлежащими Посольскому монастырю, сделалось рассадником христианства в окрестностях своих при Байкале и кочевьях Кудинско-Капсальских бурят и тунгусов Алагуевского, 3-го Харанутского и 2-го Ашебагатского родов (Иркутской губернии). Так как Чудотворный Образ, согласно древним преданиям, ежегодно переносится из Голоустного с. в Посольский Монастырь: то отсюда и командируется особый миссионер, который и занимается миссией среди окрестных жителей – бурят и тунгусов, отделенных от Усть-Ордынского стана горами и топями. Вследствие этого упомянутые инородцы в 1875 году из Иркутской миссии перечислены в Забайкальскую миссию, в ведение Голоустенского миссионера.

6) по Китойскому ведомству.

Казалось бы Китойское ведомство с населением 1792 души об. п. окруженное русским населением близ г. Иркутска, скоро должно просветиться всецело верою Христовой. При Китойской Инородной Управе также есть оседло-ясачное селение, именуемое Архиерейским, в память частого посещения его Святителем Софронием (1753-1771), как видно, положившим прочное основание возрождающемуся здесь православию. Но организовавшаяся по прочим ведомствам миссия не находит до сих пор возможности удовлетворить духовной потребности Китойского инородческого населения через назначение сюда особого миссионера. По населению Китойского ведомства и смежного с ним Капсальского (3176 д. об. п.) видно, что жатва еще многа…

Опубликовано 23 октября 1876 года.

Иркутская Духовная Миссия в 1875 году. Часть 1.

Иркутская Духовная Миссия в 1875 году. Часть 2.

Иркутская Духовная Миссия в 1875 году. Часть 4.

Иркутская Духовная Миссия в 1875 году. Часть 5.

Иркутская Духовная Миссия в 1875 году. Часть 6.

111

Видео

Нет Видео для отображения
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
.