Енисейская тайга и ее россыпи. Часть 2.

Золото в енисейской тайге добывалось до последнего времени единственно из россыпей, так присутствие в этой тайге коренных месторождений золота, кварцевых жил, открыто только недавно. Относительно золота кварцевых жил существует две теории, объясняющие каждая по своему его происхождение. Одни – плутонисты – видят начало жильного золота в действии лавы, выходящей из недр земли. Доставленное на поверхность земли в парообразном состоянии, золото, по этой теории, оседало в расщелинах поднимавшихся скал. Другие же – нептунисты – приписывают жильному золоту происхождение осадочное, из растворов, так как в последнее время вполне доказано растворимость золота, которое найдено в растворенном состоянии в рудничных водах и даже в морской воде. Распространенное повсюду в минимальных количествах, как утверждает эта теория, золото растворялось водой и впоследствии, при благополучных условиях, осаждалось снова, образуя золотосодержащие жилы и обогащая россыпи. Между прочим, эта теория объясняет осаждением из растворов более крупные размеры и высшую пробу золота в россыпях, по сравнению с жильным (Некоторое повышение пробы рассыпного золота приписывают действию хлора и других химических агентов, которые растворяют заключенное в золоте серебро, а на само золото действует очень слабо), хотя несомненно, что сами россыпи образовались по преимуществу путем механическим, из разрушения кварцевых жил. Относительно последнего в настоящее время почти нет разногласия, хотя еще до недавнего времени некоторые пытались распространить химическую теорию целиком и на россыпи.

Происхождение россыпного золота механическим путем, вследствие действия горных потоков в течении тысячелетий, объясняется следующим образом. Горные слои, подверженные в течении долгого периода времени влиянию сырости, морозов, угольной кислоты, со временем выветривались и рассыпались, причем вода понемногу уносила их из возвышенностей в долины. Действию стихий легче поддавались сланцы, песчаники, и другие более мягкие составные гор, почему более твердые кварцевые жилы обнажались и нередко торчат на поверхности земли в форме каменных стен или, вернее, валов. Но и кварц, хотя и медленно, в свою очередь подвергается выветриванию и рассыпается, уносимый в долины или в форме отдельных камней, или мелкого песка. С разложенными кварцевыми жилами, заключающими в себе золото, последнее тоже уносилось в долины. В долинах разложение продолжалось дальше, и вода продолжала дальше свою неустанную работу, забирая и унося с собой частицы земли. По дороге, вода осаждала более тяжелые частицы ближе, а более легкие уносила дальше, производя этим как бы классификацию минералов по их тяжести. Золото, которое в 19 раз тяжелее воды, тогда как кварц тяжелее воды только в 2,6 раз, оставалось на дне в течении и отставало от других, уносимых водой частиц, передвигаемое очень медленно с места на место. При этом происходила сортировка самого золота, так как более крупные его частицы оставались в вершинах рек и источников, а более мелкие уносились дальше. В настоящее время более крупное и более чистое золото находится у самих гор, в вершинах источников, при чем там, где склон течения был крут, особенность эта выступает резче. В вершинах долин попадается также золото более шершавое, так как частицы гладкие легче уносились течением. Иногда русло реки представляло неровности, ямы, в которых оставались более тяжелые частицы уносимой течением земли, почему в настоящее время на многий приисках встречаются места более богатые, называемые «гнездами», рассеянные среди пустых или бедных содержанием пород.

Слои земли содержащие в себе золото, называют в тайге «пластом», а под ним пустая земля, не содержащая золота, именуемая «почвой». Земля, не содержащая золота и покрывающая пласт сверху называется «торфом», хотя это название и не соответствует общепринятому назначению термина: оно происходит из того. Что в первых россыпях, найденных на Урале, верхний слой действительно состоял из растительного торфа. Иногда попадаются россыпи, в который золотоносные пласты лежат один над другим, перемежаясь с пластами, не содержащими золота. Последнее объясняют тем, что в различные периоды разложения гор сносились пласты, то заключавшие, то не заключавшие в себе золота. Толщина верхнего пласта, торфа, не одинакова: бывает от одного аршина, даже от трех четвертей аршина, как то было на Севагликоне, до двух саженей и больше. Также не одинакова и толщина золотоносного пласта; случается толщина его не больше половины аршина, а обыкновенно не превышает двух-трех аршин. В этом случае енисейские россыпи далеко уступают калифорнийским, толщина которых достигает 125 и 250 футов, отличаясь от них и большей вязкостью песков. Попадаются, впрочем, и в енисейской тайге замечательные случаи толщины пласта: например по речке Огне, в северной системе, толщина его доходила до 20 аршин, а в одном месте даже и больше; а в юной системе толщиной пласта, в 15 аршин, замечателен прииск Асташева по речке Талой (Мурожинской системы). Ширина залегания золотоносного пласта тоже весьма различна – от 10 до 50 сажень, а местами достигает 100 сажень, по речке Огне, и даже 200, на речке Енашимо. По внешнему виду и по составу, пласт, почва и торф мало разнятся в енисейской тайге друг от друга. Различают их по цвету и по рыхлости: торф, как позднейший и меньше подвергшийся разложению, заключает в себе меньше глины и песка, и на вид меньше рассыпчат, тогда как почва заключает в себе меньше камней, так называемой гальки, чем пласт. По внешнему виду трудно судить о богатстве пласта, хотя практика, весьма различная дл каждой местности, дает известные указания: так, например, особенным богатством отличаются пласты с сильной глинистой примазкой при гальке. Во всякой случае, доверяться можно единственно только пробной промывке, которая делается при промывании песков возможно чаще, в виду встречающейся изменчивости в содержании пласта.

Выгодность промывки песков зависит не только от величины содержания золота, но и от толщины торфа, потому что, если эта толщина не велика, меньше придет потратить труда на вскрышу пласта. При очень значительной толщине торфа, работают ортами, т.е. подземными коридорами, но при этих работах много затрачивается труда на приготовление орт леса и на установку его. Сама промывка основана на том же начале удельного веса золота, которое создало россыпи. Неизбежной частью всякого приспособления для промывки служит наклонная плоскость, которую покрывают неровностями: деревянными решетками, железными листами с дырочками, деревянными брусками, иногда толстым сукном и т.д. По этой плоскости стекает вода с песками, при чем более тяжелые части их, а в том числе и золото, остаются в неровностях. Разница в различных способах промывки заключается главным образом в способе растирания песков: первичный способ – растирание руками, более совершенный – механическим образом: в чашах и в бочках. При этом русский способ промывки, принятый в енисейской тайге, отличается той оригинальностью, что растирка песков соединяется в нем с промывкой, — два процесса, обыкновенно разделенные в американской и австралийской промывке. Все способы промывки только концентрируют золото в меньшем количестве примесей, в конце же концов его промывают все-таки ручным способом, в России – на важгерте. Вследствие самой несложности промывки трудно применимы в этой области механические улучшения. В енисейской тайге применению уже изобретенных улучшений мешают при этом местные условия, а главное – отдаленность приисков от центров цивилизации. Тайга находится почти в 1000 верстах конного пути от Томска, что в высшей степени поднимает цену всех приспособлений, которые нельзя сделать на месте. К этому следует прибавить, что сибирские способы промывки можно сравнивать с американскими, лишь за исключением гидравлического способа, неприменимого в енисейской тайге вследствие местных условий, преимущественно малой толщины пласта. А именно гидравлический способ и дает американской золотопромышленности решительный перевес над русской.

Приняв это во внимание, можно придти к заключению, что в общем, техника дела в енисейской тайге еще не так дурна, как это часто случатся слышать. К такому заключению приходят и техники-специалисты, близко ознакомившиеся с делом на месте. Приведу здесь мнение одного из них, инженера Балицкого, посетившего тайгу в 1883 году и изложившего свои впечатления в одном из польских журналов («Wgdrowies» 1885 г.). «В сравнении с американскими способами промывки – говорит он, — если исключить способ гидравлический, неприложимый здесь вследствие местных условий, здешняя техника представляется недурно. Здесь были найдены, благодаря, вероятно, присутствию нескольких способных специалистов, на вознаграждение которые не скупились крупные компании, свои особенные приспособления к местным условиям производства, что не всегда можно сказать о других отраслях промышленности». Но тот же техник принужден заметить, что «впечатление получается нелестное, если присмотреться к тому, как масса золотопромышленников применяет на деле всем известные технические способы промывки». Среди золотопромышленников, из которых многие не превышают по развитию конюхов, укоренился весьма легкомысленный взгляд на техническую сторону дела и какой-то странный фатализм. На упреки в недостатки технических знаний, часто можно услышать ответ, что «если золото богатое, то барыши и без того будут, а если бедное, то все это, как ни бейся, ни чему не поможет». Особенной легкомысленностью в ведении дела отличались золотопромышленники в первые годы «золотой лихорадки». Промытые пески сваливались часто на местах недостаточно исследованных, образуя целые горы, что впоследствии создавало затруднения при добывании песков. Сама промывка производилась крайне небрежно, и снос на машинах был так значителен, что теперь многие золотопромышленники существуют единственно промывкой прежний отвалов.

Невежество золотопромышленников выражается также и в крайнем консерватизме, в упорном недоверии ко всему новому. Долгое время золото добывалось в местностях совершенно низких, в долинах. Впоследствии золото было открыто и в так называемых «увалах», небольших возвышенностях; но много прошло времени, пока золотопромышленники решились воспользоваться этим открытием. В последнее время та же история, но в усиленной степени, повторилась с рудным, кварцевым золотом, которое было открыто г. Черемных в 1882 г. Первая попытка промывать это золото была встречена со странной враждебностью и упала среди общих криков негодования и недоверия к делу. Конечно, недоверие это вызывалось и запутанностью дел компании, предпринявшей промывку, но, повторяем, главным образом имело основанием рутинность и консерватизм невежества. А между тем, рудному делу, быть может, суждено начать новую эру в жизни енисейской тайги.

А. Уманский.

Опубликовано 12 декабря 1886 года.

Енисейская тайга и ее россыпи. Часть 1.

Енисейская тайга и ее россыпи. Часть 3

5

Видео

Нет Видео для отображения
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
.