Письма из Ачинска. Часть 1.

Вот уже почти месяц, как мы не видим теплого, ясного солнышка. Холод, ненастье и постоянные дожди не дают жителям возможности приняться за уборку сена, которое наполовину сгнило в прокосах и копнах. От такой погоды хлеба стоят в наливе – не зреют. Крестьяне опасаются повторения 1883 года, т.е. сильно побаиваются морозов, не смотря на то, что вообще хлеба в наливе очень хороши. От непрерывных дождей вода в Чулыме прибыла до 2,5 арш. Низовые села и деревни начало заливать; жители опасаются наводнения, и если не прекратятся дожди, то хлеба и огородные овощи замоет водой. Такого прилива воды, и в такую треть года, не запомнят даже старики-старожилы. От дождей большая дорога Московско-Иркутского тракта, от Ачинска до дер. Козульской, превратилось в топкое болото, местами до того вязкое, что экипажи, уходя в грязную кашу по самый кузов, не двигаются с места даже четверкой лошадей, и злосчастные пассажиры вынуждены, для облегчения лошадей, вылезать из экипажей и по грязи выше колена шлепаться, добираясь до возвышенностей, находящихся на окраине дороги. Пытка эта продолжается раза три-четыре, на расстоянии 6-8 верст. Станции одна от другой находятся в 16-20 верстах, и пассажир ездит в час не 5-6 верст. Весело, нечего сказать.

Сибирские священники давно известны своей суровостью и непреклонностью. Но едва ли, где есть такой духовный пастырь, как у нас, в селе Покровском. Почти в каждом крестьянском доме и на улице слышатся вздохи, вызванные обращением этого священника; например, недавно, вследствие невнимания трапезника, — крестьянского сына лет 9-ти, относившего обязанность, как эту, так и прислуги в доме священника, за отца своего, — задохлись в бане от угара 18 священнических куриц. Батюшка привлек невнимательного мальчика, вместе с отцом, к ответственности на волостной суд, который, рассматривая в этом случае одну материальную сторону, не входя в объяснение вопроса – при каких обстоятельствах малолетние дети должны быть привлекаемы к суду, — окончательным решением постановил: взыскать с отца виновного мальчика 6 р. и удовлетворить священника. Таким образом, каждая курица обошлась ответчику почти 40 к., тогда как при существующих ценах, на базаре курицу можно купить за 18-20 к. Но батюшка почему-то не удовлетворился решением суда, и без всяких рассуждений, забрал в свою пользу разную лопатенку, принадлежащую провинившемуся сыну и ответчику-отцу. Хотя такое действие, по нашим светским законам, признается захватом чужой собственности, но батюшка поглаживая бородку, ухмыляется…

Вообще же, помилуй Боже, если на кого осерчает этот батюшка, — тот уж лучше избегай всякой житейской напасти, анахоретом, не хворай и не жди от него поучений христианских! Провинившиеся получают личное отлучение, и таких теперь набралось так много, что и сам уже батюшка стал серьезно задумываться над сбором будущей «осенки». И вот, в одну из таких минут горького раздумья, явился к нему один крестьян с просьбой пожаловать для совершения св. таинства причащения над умирающей дочерью, 14 лет,

— А! Теперь я нужен? Теперь пожалуйте, — батюшка! – грозно кричит отец духовный. К вам ходи, исполняй требы, — а ко мне на покос ходить не хотите… Пошел вон – свинья!

— Батюшка! Пошто гнать-то? Не пришел бы, кабы не эфта причта, Пожалуйте.

— А на покос почему не явился с семьей?

— Да, ведь греха боялся. В тот день был большой праздник – почес один раз в году бывает.

— Ишь ты! Вздумал разбирать праздники. Пошел – говорю тебе.

— НУ, штож, пойду в волость жаловаться.

— Ступай куда угодно, — закончил батюшка.

Действительно мужичек принес жалобу волостному начальству, но толку никакого не добился…

Покровская волость разбросанная с ее селениями и деревнями, на расстоянии 200 слишком верст, имела в селе Покровском школу, которая, хотя и терпела нужды, но существовала до сего 1885 года, имела постоянно учителя и учительниц, назначаемых губернией. Ныне же, крестьяне, видя равнодушное отношение священника к школьному делу, а также неудачное назначение учителей, на волостном сходе постановили: «Школу упразднить совершенно, как не приносящую никакой пользы». Теперь Покровская волость без школы. Сколько не настаивал волостной старшина Рог-Кусков не упразднять школы, но убедить не мог; выборные от обществ одно кричат: «Нет денег, пусть начальство взыщет хотя пятую часть общественных суммы, промотанных бывшими писарями». Старшина потребовал тогда от волостного схода, за упразднением школы, закрыть, с будущего 1886 года, по всей волости все склады, ренсковые погреба и питейные заведения, на что «сходчики», — может быть, скрепя сердцем – изъявили согласие. Это решение страшно взволновало виноторговцев, ибо в Покровской волости насчитывается до 32 сел и деревень, в которых имеется более 100 питейных заведений. И все их вдруг закрыть! Нет, некоторые из винных воротил никак с этим помириться не могут и упрашивают кого следует, поймать «смутьянина»-старшину в чем либо и… упечь. Теперь ждут только случая к чему либо придраться…

Проездом через Ачинск, генерал-губернатор Восточной Сибири, граф Игнатьев посетил тюремный замок, осмотрел местную команду, присутственные места и уездное училище, о сопровождающие графа чиновники – г.г. Юрьев и Васильев обревизировали судебные и прочие учреждения. В городской ратуше, при ревизии дел, обнаружилось, что денежные книги, в течении слишком тридцати лет, не были никем свидетельствуемы и заверяемы, партикулярные суммы никогда не отсылались в местное казначейство, а хранились в собственной шкатулке. По проверке деньги оказались все на лицо.

— Почему деньги не были отсылаемы в казначейство? – спросили ревизоры.

— Не можем знать-с.

Ревизоры делают отметку в памятной книжке.

— Требовала ли контрольная палата книги и отчеты за истекшие годы, или представляла ли их сама ратуша в палату для обревизирования?

— Никак нет-с.

Занеся об этом в памятную книгу, ревизоры уехали.

К довершению бед и напастей, 15 августа приехали сюда новые, судебные ревизоры, командированные по Высочайшему повелению. Весь чиновничий мирок закопошился, роясь в делах и архивах. По всем присутственным местам пошло сильное оживление, — даже забыли о мерах против собак, истребление которых было торжественно возвещено красноречивыми и поучительными объявлениями, наклеенными на всех фонарных столбах. «В городе Ачинске, — читали мы в этих объявлениях, — расплодилось такое множество собак шляющихся по улицам, что в виду причиненного ими вреда – дальнейшее оставление их существования терпимо быть не может; животные эти бросаются на проходящих мимо, особенно детей, кусают и рвут одежду и вообще угрожают опасности жителям. В таких случаях оказывается, что собаки эти никому не принадлежат. Такие бродячие собаки опасны стаями во время течки или в случае бешенства; кроме того эти бесприютные животные вредны в случае появления сибирской язвы на скоте, как естественные распространительные заразы, а потому полицейское управление объявляет, что через три дня после сего собаки будут убиваемы… 25 июля 1885 г.». Какой слог Валаамской речи! Какова грамотность!.. Но прошло три недели, а собаки, по прежнему, частенько покусывают детей и лакомятся икрами проходящих, и избиение их, по всей вероятности, начнется тогда, когда какой-нибудь непочтительный пес, по ошибке, отведает кончик носа, принадлежащего автору объявления. Теперь, впрочем, попавшим из Сциллы в Харибду, нашим блюстителям общественной безопасности не до собак: они в томительном ожидании окончания ревизии, и пуще огня боятся, чтобы ревизоры не натолкнулись на некоторые дела, особенно следственные, которые у нас имеют особый характер: В начале следствия картины всегда бывают светлые, фигуры на лицо, — отчетливые, а затем, чем дальше производится следствие, картины постепенно тускнеют, изменяются, фигуры бледнеют, застилаются туманом и наконец совершенно исчезают. По окончании же дел по отправке их в судебное место на решение, картины вновь проясняются, и на диске получаются прекрасные изображения деловершителей, умеющих заминать такие дела, как растление 14-летней девочки в пересыльной тюрьме надзирателем, преступления бывшего помощника исправника Ляготы, и т.д. – число их миллион!

Пронесет или заденет?.. Оставят или уволят?...

Вот вопрос! Напряженно, тревожно,

Каждый жаждет его разрешить;

Угадать, между тем, невозможно,

Невозможней ответ получить.

Говорят, «по душе» разговоров

Ревизоры ни с кем не ведут,

И, возможно ль поверить, поборов

Ни с кого никаких не берут.

В Ачинске обрушивается набережная, по 2-м кварталам, от бушующих волн Чулыма.

18 августа.

Терпигорев

Опубликовано 29 августа 1885 года.

Письма из Ачинска. Часть 2.

Письма из Ачинска. Часть 3.

Письма из Ачинска. Часть 4.

27

Видео

Нет Видео для отображения
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
.