Вне земледельческие занятия крестьян Хомутовской волости. Часть 1.

Хомутовская волость состоит из пяти обществ государственных крестьян; земли находящиеся в пользовании их, начинаются по якутскому тракту с 6-й версты от г. Иркутска, тянутся по тракту на протяжении 23-х верст, влево от тракта 7-8 верст и вправо 25-30. Всего в пользовании крестьян пашни, залежей и земли, расчищенной под пашни считается 8500 дес., лугов, удобных для кошения, до 1600 дес. и почти столько же выгонов и лугов, которые не косятся, потому что вытравливаются до начала сенокоса; затем в общем пользовании с крестьянами Грановского селения находится до 12 т. дес. леса. Все крестьянское население волости составляет 3733 души обоего пола; наличных же хозяйств или дворов в волости 694.

Таким образом на семью приходится земли до 17 десятин (не считая леса) – норма, которая признается достаточной для безбедного существования даже при первобытных способах культуры. При наличных благоприятных условиях почвы и климата, казалось бы, что крестьянское население этой волости может обеспечить себя земледельческим трудом, не прибегая к посторонним заработкам; поэтому, прежде нежели перейти к описанию вне земледельческих занятий крестьян Хомутовской волости, я постараюсь выяснить, каково значение этих занятий в экономическом быте населения волости и каким образом они получили это значение.

Старики рассказывали мне, что не более 50-40 лет тому назад, они не знали других занятий, кроме земледелия и скотоводства. В одном Хомутовском селении в настоящее время насчитывается столько же дворов, сколько тогда было во всех пяти селениях, входящих теперь в состав Хомутовской волости, и, однако, хомутовцы тогда засевали почти такую же площадь земли, как и теперь; каждое хозяйство имело 10-15 голов рогатого скота и 5-30 лошадей; скоту было приволье; хозяин не боялся отпускать его за 20-30 верст от двора без всякого присмотра. Хлеба вдоволь; у того уж считали мало, у кого залеживался он не более года; экономические магазины полны были хлебом, подати сдавались каждый год на очистку; кабаков не было, водку пили мало и только по праздникам; никаких промыслов и ремесел, кроме умения делать холсты для мешков и скатертей, для сукно для шинелей из шерсти собственных овец – не знали. Рассказывают, что когда один богатей привез из города телегу-кованку, вся деревня бегала посмотреть на диво.

Это может дать нам понятие, до какой степени мало тогда думали о том, что скоро без этой кованки невозможно будет хозяйствовать (так как извоз и дровопромышленность – первые промыслы, за которые берутся крестьяне, если доходов с земледелия не хватает). Но с тех пор стали сильно увеличиваться платежи и повинности крестьянские; так в одном только Хомутовском селении вместо прежний трех лошадей для отбывания междудворной гоньбы, наряжаемых тремя селениями, в 70-х годах стояло уже 12; жалование сельскому писарю с 80 руб. в год поднялось на 900 руб.; соответственно увеличилась и волостная смета. С проведением Якутского тракта, что также не легко далось крестьянам, и с причислением к крестьянским обществам относительно большего числа поселенцев, потребности населения быстро увеличились. С другой стороны эти же поселенцы, войдя частью в состав крестьянских семейств, словом и делом соблазняли население перспективой легкого труда и наживы, сильно подрывая традиционную силу любви и привычки к земледельческому труду. Как преступления непривыкшего жить трудом, так и содержание одряхлевшего и больного пришлого населения, тяжким бременем легло на крестьян и, когда вследствие быстрого развития в крае золотопромышленности и торговли, цены на отхожие и местные промыслы поднялись высоко, деревня не устояла против соблазна; крестьяне бросились на легкий заработок; одни совсем попустились хозяйству – ушли на прииски или в город, другие увлеклись посторонними заработками, сократили запашку и совсем перестали расчищать под пашни новые земли, заведя хозяйства на два поля, чо имело следствием быстрого истощения почвы. В одной Хомутовой только теперь считается до 23-х % общего числа мужчин рабочего возраста – отсутствующими. За то же время население три раза посетило несчастье; чума рогатого скота в три приема истребила скота более нежели на 25 т. руб.

Вначале 80-х гг. цена на посторонние заработки как-то вдруг упала до минимума, который прекрасно характеризуется поговоркой: «работай больше! хоть до сыта не накормят, а с голода не уморят».

Бросившие деревню совсем и сами не разбогатели, да еще прибавили деревне тягости, так как мир платит за них подати раскладкой.

Теперь на волости считается около 7т. четвертей хлебной недоимки, около 6 т. руб. денежной, почти 14% всех хозяйств не имеют лошадей, и не смотря на то, что не найдется крестьянина, который не жалел бы о прошлом, мечтая по прежнему зажить одним земледельческим хозяйством без помощи промыслов, я знаю во всей волости только два таких хозяйства.

Считая только по одному работника на каждую семью, занимающуюся промыслом, получим, что почти 75 % всего мужского населения занимается промыслами и только 3% не имеет надобности заниматься ими более 3-х месяцев (в действительности на одно семейство приходится 1,2 мужчин рабочего возраста). Чтобы сделать понятным причину, заставляющую население заниматься промыслами, разберу бюджет семьи по составу близко подходящей к вредней семье.

Состав средней крестьянской семьи Хомутиовской волости:

Детей до 14 лет 1,8 чел.

Детей до 18 лет 0,5 чел.

Взрослых от 18 до 60 лет 2,6 чел.

Старше 0,5 чел

Вся семья 5,4 чел.

Состав семьи Хомутовского крестьянина Михаила Латышева: Хозяин 44 года, жена его 39 лет, дочь 17 лет, и сын 8 и 4 л., всего 6 (?) человек

Расход в год:

Жлеба 84 пуд. – 126 руб.

Чая в 3 недели 1 кирпич – 20 руб. 60 коп.

Масла 3 безмена – 2 руб. 10 коп.

Мыла на 3 руб.

Керосина на 5 руб. 72 коп.

Сазара 5 ф. на 1 руб. 20 коп.

Капусты 2 сотни на 2 руб.

Соли на 6 руб.

Мяса 3 пуда на 12 руб.

Рыбы 1,5 сот. На 15 руб.

Рыбы свежей на 60 коп.

Картофеля 4 мешка на 4 руб.

Одежда мужская на 15 руб. 80 коп.

Одежда женская на 15 руб. 70 коп.

Одежда детская на 15 руб.

Подати и повинности на 11 руб. 50 коп.

За помол – 4 руб.

Восковых свечек к иконам и священнику в празднику на 3 руб.

Разные расходы – 7 руб. 63 коп.

Всего 270 руб. 85 коп.

Как видно бюджет этот почти нищенский (расходуя, например, 15 р. 80 коп. на одежду, крестьянин постоянно ходит в заплатах, или расходуя 12 руб. на мясо, он может есть его только по праздникам, да когда заготовляется или разготавливается). Кроме того в этом бюджете нет расходов не предвиденных, имеющих большое значение в крестьянской жизни. Необходимо добавить, что у Михаила Латышева есть корова, и если б ее не было, то пропитание семьи обошлось бы дороже.

Среднее количество пашни, приходящееся на одно семейство Хомутовской волости, равно 5,3 дес. средний урожай ржи нельзя считать выше сам 6-ть, ржи на казенную десятину сеется 6,75 пуд., значит валовой доход с одной десяины 214, 65 пуд., считая по 1 руб. 40 коп. за пуд; валовой доход с пашни средней семьи получим в 300 руб. 51 коп. Кроме пашни, огород может дать семье самое большее 36 руб. (так кА приходится управляться с огородом одной бабе, то собирается примерно: капусты 600 вилков, табака 6 пуд., картофеля 12 мешков, лука, чеснока ипроч. На 5 руб.) и покос 20 руб., итого дохода 358 руб. 51 коп.

Для засева 5, 6 дес. требуется не менее 2-х лошадей, стоимость содержания котрых не менее 79 руб. 50 коп. (хлеба по 15 пуд. – 42 руб., сена до 150 пуд. по 25 коп. за пуд – 37 руб. 56 коп.). На посев уйдет 39,75 пуд. 50 руб. 80 коп.; всего расхода 401 руб. 15 коп. или дефицита 42 руб. 64 коп. или 10 % всего бюджета.

Приняв во внимание, что дефицит этот получается при наиболее благоприятных для существования семьи условиях, мы поймем, какое значение имеют вне-земледельческие промыслы для крестьян Хомутовской волости.

Всех родов промыслов в хомутовской волости 18; Основными заслуживающими внимания, промыслами, я считаю: дровопромышленность, извоз, торговлю, тележный и экипажный промыслы, дворничество и мясничество; остальные промыслы, более выгодные, есть удел не многих счастливцев, прочие же носят весьма случайный характер и перебивающийся изо дня в день промышленник берется за любой из них, готовый постоянно переменить род промысла.

Перехожу теперь к описанию отдельных промыслов.

Лесной промысел.

Около 30 % всех промышленников заняты лесным промыслом, что и понятно при той обширности лесных угодий. Какой пользуются крестьяне Хомутовской волости; но не одно, конечно, это обстоятельство, а главным образом близость места сбыта г. Иркутск, обуславливает выгодность (или лучше сказать возможность) для населения занятия этим промыслом. Это обстоятельство имеет следствием еще то, что лесного промысла имеется только одна форма: дровопромышленность; причем на дрова изводится лес, из которого можно было бы выработать более ценные продукты, как то делают, например, крестьяне Егоровского, Никольского и Котинского селений оекской волости. Впрочем, дровопромышленность становится из года в год менее и менее выгодной и доступной большинству населения, так как лес по близости от города, а главное от тракта, быстро вырубается, возка же по таежной дороге 30-35 верст до г. Иркутска, требует хорошей заводицы (сбруя, сани, телега) и лошадей. И теперь уже дровопромышленностью, как и извозом, не занимаются имеющие 3-4-х лошадей; в Кудинском же селении этот промысел должен исчезнуть неминуемо в скором времени, так как с исчезновением леса по близости, крестьяне хомутовского селения стали разбирать «планы», чего прежде, при обили лесов, кудинские крестьяне не делали; крестьяне других селений вырубили их лес, на что не потребовалось много времени, вследствие близости к городу лесных дач кудинских крестьян. Теперь Хомутовские крестьяне не пускают к себе в лес Кудинских, и получается странная вещь; два селения рядом: Талька 42 двора и Куда 269 дворов, у первой леса сколько угодно, крестьянам же второго скоро негде будет слегу (Слёга – тонкое бревно до 2-3 вершков в диаметре) вырубить. В несколько иных также условиях находится промысел это ту крестьян Карлукского селения вследствие сравнительной близости их лесных дач от самой деревни и города.

Опишу сначала дровопромышленность крестьян Хомутовского, Талькинского, Позняковсекого и Кудинского селений.

Заниматься дровяным промыслом в этих селениях возможно только хоязйством более или менее сильным, так как в настоящее время годного леса не найдется ближе 25-30 вер. от Хомутовского селения и г. Иркутска (вправо от якутского тракта к Ушаковке), так что возить одному работнику менее, чем на 3-4 лошадях за раз – не выгодно, да и лошади и сбруя, как уже было замечено, должны быть хорошие.

Готовят дрова обыкновенно с весны (веснодельные), вывозят на продажу прямо из леса в г. Иркутск уже следующей зимой; летом же туда нет тележной дороги ни из города, ни из деревни.

Для заготовки дров, обыкновенно с Благовещенья, высылают многосемейные одного или двух членов семьи, прихватывая еще иногда «рубака», малосемейные же просто двух или трех рукаков – в лес, где те и рубят дрова до великого четверга, выезжая на две недели на Пасху, и опять уезжают до Егорьева дня (23-го апреля). В лесу имеется несколько артельных заимок – избушек на 2-х – 1,5 саж. с земляным полом, аршинным окном и железной печью, которая увозится по окончании работы; в такой избушке живут по 7-15 человек; те же, кто посылают рубаков – предоставляют им устраиваться, как угодно.

Одному рубаку полагается на день нарубить одну саж. 12-13 вер. дров; хозяева для себя или сдельные рубаки на своем содержании нарубают по 1,5 и даже по 2 саж.

Для большей успешности работы, обыкновенно на дрова выбирается самый прямой, ровный и крупный лес. Срубают лесину так, чтобы в отрубке было не более 15 верков., оставляя таким образом пни до 2-х арш. Вышиной, которые пропадают напрасно; впрочем теперь стали щепать из них лучину для камельков, так как они очень смолисты. Сучья и ветки остаются тут же, представляя прекрасную растопку для лесных пожаров.

Инструменты, употребляемые для рубки: узкий топор, поперечная пила и напилок для точения пилы; общая стоимость их до 5 рублей (интересно, что поперечная пила стала употребляться только лет 15 тому назад, прежде же лесины поперек разрубались тем же прямым узким топором).

Плата сажени рубаку 15-20 коп., причем полагается ему на сажень 1 ф. мяса, 1 омуль, 5 ф. хлеба (в то число иногда фунта 2 пшеничного).

Таким образом на месте сажень обходится:

Плата рубаку – 20 коп.

3 ф. ржаного хлеба – 12 коп.

2 ф. пшеничного хлеба – 10 коп.

1 ф. мяса – коп.

1 омуль – 8 коп.

На инструмент – 10 коп.

Всего 70 коп.

Когда открывается дорога, начинают возить дрова в город, причем большинство продаст все до Рождества, конечно, по необходимости, так как после Рождества цена выше: на одну лошадь накладывается пол сажени, на 2-3 лошади полагается один работник; через каждые 3-4 дня дают лошадям отдых один день.

Стоимость доставки одной сажени дров в Иркутск:

На содержание лошади – пол пуда сена – 10 коп, 50 ф. овса – 1 руб. 75 коп.

На веревки и ремонт сбруи – 10 коп.

Содержание одного человека – 70 коп.

Рубка одной сажени – 70 коп.

Итого – 3 руб. 35 коп.

Таким образом стоимость сажени дров, если бы все покупалось в г. Иркутске – 3 руб. 35 коп., тогда как рыночная цена – 3 руб. 70 коп., т.е. как бы продаются дрова в убыток; но дело в том, что крестьянин своего труда не считает, и если мы выкинем от сюда плату рубаку и возку рабочему, то получим цену сажени дров в Иркутске – 2 руб. 95 коп. Может быть покажется невероятным занятие промыслом при таких условиях. Но что же делать крестьянину, если у него нет другого заработка более выгодного.

Приведу пример: в прошлом году, крестьян Хомутовского селения Яков Меринов приготовил дров 16 саж. Рубили дрова двое братьев неделю, содержание стоило 8 руб.

На вывозку на 4-х конях при 2-х чел. в течении 7 дней ушло:

1 воз сена – 4 руб.

22,5 п. овса – 31 руб. 50 коп.

1 п. 32 ф. хлеба – 3 руб. 35 коп.

0,25 кирпичного чая – 30 коп.

3 дес. омулей – 3 руб.

Итого – 42 руб. 60 коп.

Продал по 3 руб. 10 коп. сажень… 49 руб. 60 коп.

Заработок его ничтожен и его бы не было, если бы считать стоимость работы человека, но если предположим, что Меринов не стал бы рубить и продавать дров, то за две недели, употребленные на это, если бы он давал лошадям менее хлеба, а семья обходилась бы без омулей, он сэкономил бы не более 20 руб., не получив 49-ти – где же ему взять остальные 29-ть? Вообще расчет чистой прибыли тут не годится, хотя разумеется счет одного валового заработка возможен только тогда, когда крестьянину не приходится покупать хлеба; в противном же случае, имеющем к сожалению места у большинства хозяев, занятие дровопромышленностью немыслимо. При другой работе, валовая плата за которую меньше, но зато работа сама легче, можно лошадям давать меньше хлеба, хуже питаться самому, но все ж таки кое-как биться; при таким же промыслах, как извоз и дровопромышленость – ни человек, ни лошадь не могут выдержать сокращения мною исчисленного размера удовлетворения потребностей.

Как я уже заметил, в иных условиях дровопромышленность находится у крестьян Калукского селения; там промыслом этим в больших или меньших размерах занимаются почти все; собственно таких дров, как крестьяне других селений, они вовсе не рубят за неимением подходящего леса, а в свободное время собирают и рубят дрова из мелкого березняка и свозят их домой; продают же в то время, когда испортится дорога и крестьянам других селений трудно бывает попасть в город – цена на дрова стоит высокая и они продают в 2-3 недели весь запас.

Я не имею данных для точного определения их заработка, но по мнению карлукских крестьян занятие дровопромышленностью представляет им больше выгод, нежели крестьянам других селений; на это указывает и еще обстоятельство, что два года тому назад, карлукское общество думало заняться этим промыслов вплотную, для чего арендовало один год у разводниских крестьян лес, что, впрочем, почему-то было оставлено. Общий валовой заработок от дровопромышленности составляет: средний доход семьи 50 руб., всех семей 107, итого 5350 руб.

Громадный ущерб дровопромышленности наносят лесные пожары; так в прошлом 88-м году сгорело до 500 саж. дров на сумму 1500 руб.

Извозный промысел.

Извозный промысел занимает такое же место среди сторонних заработков крестьян Хомутовской волости, как и дровяной. Тем и другим промыслом занимаются часто одни и те же хозяйства.

Заниматься им могут семьи, имеющие не менее 4-х лошадей, так как отправляться работнику с 2-мя или 3-мя лошадями не выгодно; ему не хватит провозной платы на свое содержание и содержание лошадей. Хотя и бывает, что хозяин, имеющий 2-3 лошади, отпускает их в дорогу с чужими или сам прихватывает у кого-нибудь лошадь, но такие случаи не часты.

Все сказанное относится собственно к тяжелому извозу; в Хомутовском селении до семи семейств занимаются еще легким извозом; возят с постовой станции, когда там лошадей не хватает, в Оек, Жердовку и Иркутск. Средний заработок семьи 60 руб., общий заработок 420 руб.

Тяжелого извоза существует два рода: дальний – в Томск, Красноярск и Ачинск, и ближний – между Иркутском, Утунгой, Качугом, Верхнеудинском и, в редких случаях, Кяхтой.

Чистый заработок ближнего извоза выше дальнего, но так как, вследствие краткости расстояний, при ближнем извозе теряется много времени на розыски подрядов, нагрузку и выгрузку товаров, то в среднем выводе дальний извоз должен считаться, если не более, то во всяком случае одинаково выгодным с ближним, а так как для подсчета результаты дальнего извоза гораздо удобнее, вследствие большего постоянства цен и меньшего влияния различного рода случайных причин, то я и займусь описанием тяжелого извоза в г. Томск.

Материалами мне служили расчетные книжки ямщицких артелей с подрядчиками за 1887-1888 гг. В моем распоряжении были расчеты 12-ти партий от 8 до 14 чел., в каждой от 4 до 8 лошадей на человека, всего 558 лош. И 97 ямщиков; часть этих расчетов приходилось производить мне самому в присутствии ямщиков и подрядчика, заинтересованных в правильности этого расчета, почему полагаю, что результаты, мною полученные, достаточно точны. Что же касается колебания цен на хлеб, делающего по мнению некоторых невозможным определение выгодности извоза, то по моему мнению эти колебания или изменения, будучи вообще обратно пропорциональны колебаниям размера провозной платы, на выгодность промыслов оказывают влияние не значительное; если же они и имеют таковое значение, то во-первых только при не опытности доставщика, что бывает, как исключение, во-вторых, как в сторону повышения, так и в сторону понижения выгодности промысла. Таким образом «одно на другое наводит» по выражениям доставщиков.

Ямщики тяжеловозы составляют временные артели и подрядчик, ведущий ямщиков, есть представитель и распорядитель этой артели; кроме того необходимое лицо артели – писарь (из ямщиков же), ведущий записи, служащие основанием для расчетов заработка каждого участка. Подрядчик собирает артель еще тогда, когда неизвестны цены, по которым доставщики будут сдавать товары возчикам; уговориваются только о том, сколько артель положит подрядчику за труды с места или с пуда. На обязанности подрядчика лежат все переговоры с хозяевами и доставщиками отправляемых грузов, он обязан только объявить ямщикам хозяйскую цену за провоз. Не редки случаи, когда подрядчики пытались утаить от артели 5-10 коп. на пуд хозяйской цены, но не редко также и то, что ямщики, узнавши об этом, или вовсе отказывались давать ему за «труды», или давали половину или треть того, что было «посулено». Далее на обязанности подрядчика лежит держать объездную т.е. лошадь в кошевке для объезда обоза с целью охраны и наблюдения за сонливыми ямщиками; за эту объездную иногда полагается ему особая плата, а иногда объездную «держит» писарь или даже простой ямщик (также за особую плату 70-100 руб. до Томска и обратно).

Во время пути подрядчик есть полный хозяин артели, но рассчитывается он также, как и простой ямщик; в случае утраты с чьего-нибудь воза товара или его порчи, убытки принимает на себя вся артель, деля поровну «по дугам». В редких случаях только, когда очевидно, что утрата произошла от небрежности ямщика, разбрасывается по дугам половина или две трети стоимости утраты, а остальное принимает на себя виновный ямщик и подрядчик, как лицо ответственное за всех.

В Томск отправляются обыкновенно в ноябре; в Томск везут чай, считая более выгодным везти байховый. В Иркутске на нагрузку и возку чаев из таможни употребляют до трех дней; идут в Томск до 35 дней, столько же обратно; в Томске живут 4-9 дней, да на сдачу товаров в Иркутске уходит до двух дней; если прибавить к этому времени необходимое для того, чтобы «заправить» «заводину» и лошадей перед отправкой в далекий путь, то и выйдет не менее 3-х месяцев.

Плата в Томск от 6 до 9 руб. за место кирпичного и 6-8 за место байхового (летом цена эта далеко выше, но тогда крестьяне-земледельцы извозом не занимаются). Из Томска 1 руб. 50 коп. – 2 руб. 25 коп. за пуд чистого веса, за тару не платится (хотя они достигают до 5-6 пудов на воз), подрядчику дают за труды от 10 до 30 коп. с места вперед и от 5 до 10 коп. с пуда обратно.

По условию подрядчика с доставщиком плата получается частью деньгами, частью товаром. Из Иркутска обыкновенно полагается по кирпичу чая на место, причем цена его ставится много выше действительной, вместо 1руб. 10 коп – 1 руб. 50 коп.; обратно из Томска дают провозного товара на 25-30 коп. за пуд, ситец или «ситка», как зовут его крестьяне, ставится 35-25 коп. аршин (действительная цена 11 -12 коп.), даба – 3 руб. 50 коп. – 3 руб. 70 коп. (действительная цена 2 руб.), плис 25 – 30 коп. арш. (действительная цена 15 коп.); таким образом полностью провозную плату ямщики не получают, так как стоимость товаров составляющая 12-20 % провозной платы в 1,5 и даже 2 раза выше действительной; ямщики товаром этим расплачиваются с дворниками. Которые в свою очередь ставят овес и сено на 10 – 20 коп. за пуд дороже, глядя по тому, которую часть они по согласию принимают товарами; таким образом для ямщиков получается двойной убыток. Для того, чтобы дать понятие о заработке артели ямщиков, приведу пример:

Артель состоит из 10 человек, в том числе писарь и подрядчик, идет на 8 «свяхок» или «припонов» из 45 возков (идти на один припон, это значит давать вместе корм (собственно сено, так как овес дается весом, сено же сколько один работник может унести)) лошадям, связка – лошади одного хозящина. Товар взяли вперед 8 руб. с мечта кирпичного и 7 руб. с места байхового, обратно за 1 руб. 70 коп. с пуда, провозимого товара вперед кирпич чая на место, обратно 30 коп. на пуд доставленного товара; чай был поставлен в 1,5 руб., ситка 30 коп., плис – 35 коп. Подрядчику за труды с его объездной и писарю 25 коп. с места вперед и 10 коп. с пуда обратно.

Перевезено в Томск:

Кирпичного чая м. 86 за 688 руб.

Байхового чая м. 228 за 1596 руб.

В Иркутск 1084 п. за 1842 руб.

Итого 41 26 руб.

Расходы артели:

Прокорм коней в Томске 198 руб. 34 коп.

Прокорм коней по дороге в Томск 1602 руб. 41 коп.

Прокорм конец обратно 1394 руб. 61 коп.

Артельные расходы 205 руб. 73 коп.

Подрядчику за труды 286 руб. 96 коп.

Принято утраты 90 руб.

Итого 3877 руб. 90 коп.

Возьмем теперь расчет с артелью одного ямщика, «сходившего» удачней товарищей и другого – хуже товарищей. Это обстоятельство зависит главным образом от степени состоятельности ямщика. У богатого кони постоянно на корму, потому едят в дороге меньше, выносливее, почему меньше приходится нанимать везти воз, чтобы лошади по очереди отдыхали. У богатого и одежда, и сбруя не требуют большого ремонта, так как постоянно содержится в исправности.

1) Денис Еропов, 9 лошадей в связке и 2 ямщика.

Приход:

За перевозку 17 м. кирпичного чая 156 руб.

За перевозку 47 м. байхового чая 322 руб.

За перевозку обратно 218,5 пуд. 370 руб. 80 коп.

Итого 848 руб. 60 коп.

Расход:

Прокорм вперед и обратно 627 руб. 24 коп.

Ковка коней (кузлб) 9 руб. 60 коп.

Наемка лошадей под воза для отдыха своих лошадей 6 руб. 18 коп.

В Томске квартира и прокорм 34 руб. 42 коп.

Артельных на 9 дуг 59 руб. 13 коп.

За три кормушки 75 коп.

Веревки 2 руб. 25 коп.

Подрядчику условного вознаграждения с 9 дуг 57 руб. 33 коп.

Всего 796 руб. 90 коп.

Чистый заработок 51 руб. 70 коп.

Или на лошадь 5 руб. 74 коп.

2) Еким Колокольников, 4 лошади в связке.

Приход:

За перевозку 7 м. кирпичного чая 56 руб.

За перевозку 20 м. байхового чая 140 руб.

Обратно за перевозку 95 пуд. 161 руб. 50 коп.

Итого 357 руб. 50 коп.

Расход:

Прокорм вперед и обратно 281 руб. 25 коп.

Содержание в Томске 19 руб. 85 коп.

Подрядчику 25 руб. 48 коп.

Артельных 26 руб. 28 коп.

Наемка под воза 6 руб. 84 коп.

Ремонт сбруи 2 руб. 4 коп.

Подрези под сани 2 руб. 25 коп.

Ковка коней 1 руб. 85 коп.

Веревки 1 руб. 10 коп.

Поправка одежды 1 руб. 25 коп.

Итого 368 руб. 19 коп.

Таким образом Колокольников, как говорят, «наехал себе на шею» 10 руб. 69 коп.

В действительности же редко приходится ямщикам получать что либо по окончательному расчету, а наоборот доплачивать 10 – 50 руб; это потому, что перед отправкой берутся задатки рублей по 4-5 на коня на уплату податей и ремонт одежды и сбруи перед отправкой в далекий путь (Это обстоятельство служит поводом для некоторых утверждать, что извоз не дает ямщикам никакого заработка, так как зачастую ямщику приходится продавать для расчета лошадь или две, причем забывается, что помимо денег на содержание в дороге, ямщик уже получил вперед в Иркутске и Томске 30-50 руб.)

Из вышеприведенных подробностей мы видим, что все расходы вызваны необходимостью и низкая плата, а не расточительность ямщиков служит причиной незначительности заработка.

Не лишены интереса и назначения артельных расходов:

Пропуски (повозный сбор в городской доход) 27 руб. 60 коп.

Пропуск же (так записано в книжке и показывает сумму, на которой сошелся подрядчик со стражником за пропуск возов, не значащихся в квитанции Городской Управы) 45 коп.

«Пролубные» (за право поить в прорубях лошадей) 6 руб. 1 коп.

Прописка паспортов 1 руб. 80 коп.

Повозный сбор (улучшение Московского тракта 5 руб. 87 коп.

Сено по дороге и в Томске 36 руб.

Мытье белья и баня 2 руб. 90 коп.

2 телеграммы 1 руб. 50 коп.

На закуски между остановками 9 руб. 13 коп.

Вино при отправке в городах 4 руб. 90 коп.

Квартира в Иркутске 7 руб.

Подвозка возов из таможни, выгрузка и прогоны подрядчику, задержанному в Томске доставщиком 102 руб. 57 коп.

Итого 205 руб. 73 коп.

Из приведенного видно, как мало нужно крестьянину; обедают они через каждые 30-0 верст (1500 верст – 44 остановки), а на закуску в промежутках тратят только 9 руб. 13 коп. на 9 человек в 2 слишком месяца. Во взятом нами случае ямщики заплатили за утерю 90 руб. или по 2 руб. на каждую дугу. Мне не приходилось слышать, чтобы при расчетах когда бы то ни было ямщикам не приходилось платить большую или меньшую сумму за утрату или порчу товаров, почему при расчете выгодности промысла я принимаю во внимание и этот расход. Средний заработок (средину я вывожу из имеющихся у меня данных, относительно заработка тяжеловозов, о которых я говорил выше и 63 случая ближнего извоза) на один день и лошадь валовых 82 коп.; занимаются извозом в течении 75 дней 155 чел. на 620 лошадях; средний валовой заработок семьи 247 руб., валовая сумма дохода – 38,130 руб.

Опубликовано в 1890 году.

Вне земледельческие занятия крестьян Хомутовской волости. Часть 2.

22

Видео

Нет Видео для отображения
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
.