С. Брасткий Острог.

Мы хотим познакомить читателя с одним из малоизвестных уголков иркутской губернии, который мало кто посещает и которым почти никто не интересуется, кроме енисейских кулаков, нещадно его эксплуатирующих. На карте иркутской губернии на право от р. Ангары, недалеко от с. Подволочного, находится вершина ангарского притока, р. Илима. Ниже по течению, при этой реке, стоит жалкий заштатный город Илимск. Город этот, довольно замечательный в историческом отношении, во всех других отношениях ничем не отличается от окружающих его, небольших деревень. В нем и по сие время уцелели деревянные башни, бывшие укрепления атамана Галкина. Но не о башнях здесь речь; наша беседа будет иного рода, — мы будем говорить о сельском хозяйстве и экономическом быте.

Долина р. Илима, имеющая северо-восточное направление, лежит между двумя довольно высокими хребтами, из коих правых, по местному, называется ленским, а левый – ангарским хребтом. Вода р. Илима чиста и прозрачна; дно каменистое и ровное. Течение довольно быстрое, почти мало уступающее ангарскому. Берега довольно крутые, от 1,5 до 2 саж. вышиной. При весеннем половодье, что бывает в первых числах мая, вода Илима, в течении более 14 дней, поднимается довольно высоко, а даже в некоторых местах выше берегов, как это было, например, в 1875 году; но подобные случаи очень редки и мало причиняют вреда прибрежным жителям.

Сплав грузов по р. Илиму, вследствие его мелководья, возможен только при весеннем половодье. Так напр. от вершины Илима, или лучше, от с. Кочерги до с. Чуриловой, на протяжении приблизительно 100 верст, частые мели дозволяют не иначе сплавлять грузы, как на плотах или на легких плоскодонных судах, поднимающихся не более 300-400 пудов. От с. Чуриловой до Шестаковой, более 100 верст, можно плавить уже небольшие павозки, погружающиеся в воду от 10-14 верш. От Илимска до Карапчанской волости, т.е. до впадения р. Илима в р. Ангару, могут ходить легкие баржи, с грузом от 2000 до 2500 пудов.

Сухопутное сообщение ангарского края с этой местностью бывает только по двум путям: первый путь – от с. Подволочного (при Ангаре) до с. Кочерги т.е. до первого селения на р. Илим 35 верст, через хребет волоком; затем – второй путь: от Большой Намыри (при Ангаре), братской волости, до Илимска 103 версты, тоже волоком. Наконец третье сухопутное сообщение Илимска с ленским краем, более 100 верст, — волоком по ленскому хребту. Известно, что по этим волокам с трудом можно провозить самые незначительные грузы и то только зимой; летом же здесь проезжают только верхом на вьючных лошадях. Так в начале нынешнего столетия проезжал через здешний край бывший иркутский губернатор Цейдлер. Местные жители до сих еще вспоминают его, потому, что, по распоряжению Цейдлера, 10 лет существовала надлежайше исправленная, и во всякое время года удобная для провоза тяжестей дорога от Большой Намыри до г. Илимска, а затем дольше до Усть-Кутского солеваренного завода.

Небольших трудов стоило бы и в настоящее время исправить этот путь, потому что, как видно, дорога надлежайше была расчищена из под леса; поправить ее немного, — получаем тракт широкий и удобный для проезда. Высыпать дорогу галькой, что самое затруднительное при устройстве дорог, нет надобности, потому что по хребту местность возвышается и грунт земли твердый. Топких мест, особенно трудных для устройства мостов и гатей, тоже нет; исключая падей, где, как видно, сооружались самые незатейливые и малостоящие мосты, остатки которых уцелели и по сие время.

Жаль, что здешний край, остается без сообщений, потому, что как увидим ниже, эта местность, не менее ангарской, наделена от природы и могла бы быть производительной, но, по воле судьбы, отделена от остального мира.

В пользу поддержки здесь трактового пути, между прочим, говорят следующие обстоятельства. Все тяжести, идущие из России на ленские золотые промысла, по необходимости, направляются по московскому тракту через Иркутск; — при возобновлении здешнего тракта, все грузы двигались бы по нему, что было бы несравненно ближе, следовательно и дешевле для потребителей, а главное, — было бы весьма выгодно для этой части края потому, что гужевой извоз открыл бы для жителей важный источник дохода. Далее, в настоящее время ленские золотые промысла, Усть-Кутский солеваренный и голдобинский винокуренный заводы, а также ленские военные команды пользуются хлебом преимущественно из балаганского округа, на который всей тяжестью запроса налегли почти все потребители иркутской губернии, не исключая и главного рынка. При возобновлении же илимского тракта не только облегчилась бы возможность балаганскому округу полноценно удовлетворять запросу, но открылся бы сбыт хлеба для тех местностей, кои вовсе им почти не пользуются, т.е. для тулуновской, кимильтейской и братской волостей.

Правда, что кимильтейская и тулуновская волости сбывают свой хлеб на ближайший винокуренный завод, но подобный сбыт, как не встречающий конкуренции, не особо выгоден для производителей. Кроме всего этого с проведением дороги по нижнеилимской волости и особенно шестаковскому участку, им открылась бы возможность сбывать свои произведения, а в свободное время заняться извозом; оба эти обстоятельства, поправив состояние крестьян, дали бы импульс к сельскохозяйственной производительности, чему вполне благоприятствуют условия илимского края.

Наконец отсутствие путей сообщения по необходимости заставляет нижне-илимскую и карапчанскую волости отправлять казенную и частную переписку с иными округами окольным путем, через г. Иркутск; что весьма затруднительно и не удобно во всех отношениях. Захолустностью и отсутствием надзора пользуются только местные и заезжие кулаки, не находящие здесь узды своему произволу и обманам.

Кстати передадим здесь мнение некоторых личностей, для которых кажется весьма естественным, что не обращено внимание на эту часть края. «К чему, говорят, насильно вырывать винтовку из рук илимского крестьянина и направлять его к земледелию и тому подобным занятиям? Разве, скитаясь, полунагой, по тайге, и добывая белку для енисейских торгашей, он трудится не достойно человеческому назначению? Ведь, и без земледелия он приносит посильную лепту от своих трудов».

Опровергать подобные мнения, поражающие своей нелепостью, было бы бесполезно. Но опыт показывает, что и подобные мнения находят себе поддержку.

Из окрестностей Илима всего тщательнее нами исследован, и ближе нам знаком Шестаковский участок, нижне-илимской волости, состоящий из нескольких деревень и селений, расположенных на протяжении слишком 200-т верст от вершины р. Илима до г. Илимска.

Участок этот, кроме горных богатств, обладает всеми данными, что бы стать по своей производительности наряду с лучшими местностями иркутской губернии.

Климатические условия илимской долины настолько же благоприятствуют растительности, как и условия ангарских прибрежий.

Известно, что самым не благоприятным для земледелия в восточной Сибири – фактором служат поздние весенние и ранние осенние изморози (инеи); но известно также и то, что вредное их влияние значительно нейтрализуется туманами от речных испарений. Последнее, кроме научных доводов, практически доказывается тем, что при р. Ангаре и р. Белой всего успешнее разводятся: хмель, табак, огурцы, арбузы и тому подобные, чувствительные, к холоду растения. Все эти растения, кроме парниковых возделываются на р. Илиме и при тех же самых явлениях атмосферы, что и при Ангаре. Мы не однократно и лично, с термометром в руках, убедились, что как ни холодны бывали утренники на Илиме, в конце июля и начале августа месяцев, но они оказывались безвредными для растений. Отзывы местных жителей подтверждают наши наблюдения.

Крестьяне говорят, что огуречная и картофельная ботва, табак и т.п. растения редко повреждаются инеями раньше Успеньева дня т.е. 15 августа; зерновые хлеба к тому времени на столько крепнут, что уже не боятся изморозей. Почва на Илиме довольно производительная, суглинисто-песчаная и немного каменистая, но вовсе не представляющая затруднений при обработке. Подпочвенный слой довольно плотный и мало пропускающий влажность, что в свою очередь благотворно влияет на физические свойства пахотного слоя. Земледелие здесь самое ограниченное; поэтому пахотных полей мало, и они расположены в не дальнем от усадьбы расстоянии в долине Илима, или на более пологих склонах гор.

Ближайшие пашни, истощенные продолжительной и не рациональной культурой растений, крестьяне отчасти удобряют навозом, но это удобрение мало приносит пользы, так как хозяева, нещадно эксплуатируют такие пашни, собирая на них по две и по три жатвы сряду без малейшего отдыха или соблюдения должного порядка в чередовании растений. При всем том прошлогодние, например, урожаи были хороши, и подобные урожаи по Илиму не редки.

Из озимых хлебов здесь возделывают одну только рожь, а из яровых – все из общепринятых в иркутской губернии, за исключением гречухи и проса. Первой не любят и не возделывают потому, что она обсыпаясь на корне, отрождается из паданки и на долго «отбивает» пашню, на которой была посеяна. Проса же не сеят по недостатку семян; притом илимцы кажется, не пробовали еще вкуса просяной крупы. Из прядильных растений возделывают только конопле, которое здесь очень хорошо родится особенно на свежее удобренных почвах. Табак сеют достаточно, не только для собственной потребности, но и для продажи его на р. Лену, так как это один из хозяйственных продуктов, удобнейших к доставке на вьюках. Табак, при сравнительно небрежном за ним уходом, родится здесь не хуже балаганского, который, как известно, считается лучшим в губернии.

Хмель на Илиме, тоже если не лучше, то не хуже виденного нами в Бельске, откуда он преимущественно доставляется в Иркутск.

Огородничеству на Илиме вполне благоприятствуют как умеренно-влажный климат, так и почва. В огородах возделывают все виды растений, общеупотребляемых в крестьянском быту. Огурцы и тыкву удачно разводят даже в обыкновенных грядах.

Сенокосные луга, преимущественно пойменные, расположены в долинах притоков Илима. При весеннем водопольи эти луга заливаются водой, что благоприятно влияет на обильное произрастание доброкачественных трав. Вообще на Илиме избыток сена, и крестьяне не только не имеют надобности пользоваться лесными угодьями, но не выкашивают даже всех лугов.

Леса тоже с избытком, не смотря на то, что значительная часть его, несколько лет тому назад, истреблена, как водится, лесным пожаром.

За исключением этого повреждения, везде на Илиме возрастает почти не тронутый топором лес, состоящий преимущественно из смешанных насаждений хвойных пород, с преобладающим количеством сосны и лиственницы, годных для всякого употребления. Строевое бревно длиной 4 саж., имеющее 7-8 верхов в диаметре, со сплавом далее Шестаковского участка, ценится 35-40 коп. за штуку. Сажень 5-ти четвертных елтышей, тоже со сплавом можно купить не дороже 1р. 30 к.

Из горных богатств в окрестностях Илима находятся: известняк, алебастр, огнеупорная глина, точильный камень, местами кварц, пригодный для фабрикации и железная руда; последняя сравнительно с иными сибирскими рудами, не особенно хороша, и мало пригодна.

Главнейшее же богатство илимских окрестностей, — это два солянных источника, находящиеся близ с. Шестакова. Они снабжают пока только с. Шестаково, нижнее-илимской волости. Соляной рассол так чист и насыщен, что местные крестьяне без труда вываривают из него соль в обыкновенных горшках, но только для домашнего употребления. Из одного ведра жидкости получается от 5-6 ф. соли отличнейшего качества.

Оба эти источника по своему местоположению, изолированы от притока пресной воды, исключая времени весеннего половодья, когда они 10-15 дней заливаются рекой. Затем лето и зиму, они, в виде небольших фонтанчиков, бьют из берега р. Илима. Насыщенность рассола 15,5° 17° по солемеру Ламберта, следовательно по содержанию в нем соли, он богаче всех рассолов в Сибири. Судя по такой насыщенности рассола и некоторым геологическим признакам, надо предполагать, что в недальнем от источников расстоянии должны находиться залежи каменной соли, но разыскать их можно было бы только при помощи горного бура.

Не смотря на то, что илимские соляные источники третий год как заявлены и перешли уже в третьи руки, до сиз пор ни один из владельцев не приступал к постройке солеваренного завода. Это тем более удивительно, что в Шестаковском приготовлен даже лес для постройки завода. Это обстоятельство можно объяснить разве тем, что источники перешли теперь в руки человека, хотя и предприимчивого, но уж чересчур много принимающего на себя дел.

От илимских соляных источников до р. Ангары, ближайшим сухим путем, какой можно было бы иметь для вывоза соли, всего 93 версты, а именно: илимским трактом до дер. Суворовки, а оттуда 35 верст в сторону до с. Шестакова. Но для того, чтобы исправить илимский тракт, и затем на протяжении 35 верст, вновь провести дорогу до завода, потребуются затраты едва ли могущие покрыться фабрикацией дешевого продукта. Заводчику может быть выгодным только вновь провести дорогу, соединяющую завод с илимским трактом; исправление же последнего должно принять на себя земство. Тогда бы, вероятно, не только владелец илимских источников менее задумывался над устройством солеваренного завода, но и для этой заброшенной части края открылся бы люк для выхода на свет божий.

Опубликовано 24 сентября 1878 года.

Дополнение из следующего номера:

Поправка: В помещенной в №34 нашей газеты статье: «Братский острог» вместо слов: «человека предприимчивого, но уж чересчур много принимающего на себя дел», следует читать: «человека предприимчивого, который кроме золотопромышленности, с любовью и знанием дела занялся уже не одной фабрикацией в В. Сибири; поэтому надо думать, что устройство на Илиме солеваренного завода тормозится главное – отсутствием путей сообщения».

887

Видео

Нет Видео для отображения
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
.