Еще известия об экипаже «Жанетты».

В журнале «Exploration» сообщены дополнительные известия о гибели капитана Де-Лонга и его спутников, доставленные газете New York Herald корреспондентом ее Джильдлером из Якутска.

Услышав дорогой, что инженер Мельвиль нашел тело Де-Лога и его спутников и зная, что время было слишком позднее для того, чтобы продолжать розыски погибшей лодки Чиппа, я решился ехать в Якутск, переговорить с Мельвилем и потом, узнавши, что им сделано, если будет необходимо, предпринять розыски в течении лета.

Когда я приехал в Якутск, капитан Ьерри и инженер Мельвиль удивились, услышав от меня, что лейтенант Харбер (Harber) уехал их Иркутска с 5 матросами в Витим, где им за 10,000 руб. приобретено и приспособлено судно, в котором он предполагает предпринять летом розыски Чиппа в дельте Лены.

Розыски, производимые Мельвилем, хотя простирались далеко, но вследствие толщины снега они не могли дальше продолжаться, как он желал, и всякое паровое судно, имеющее осадку в воде белее 18 дюймов решительно не годится к дельте; оно не может отходить от берега далее 5 миль (7,5 верст) и не может проходить по мелям во множестве образовавшимися в устьях Лены. Короче сказать, чтобы делать розыски, нужнго для этого употребить небольшие лодки, поднимающие как можно меньше людей. Берри и Мельвиль надеются видеться с Харьером в Витиме.

На месте где найдены были тела спутников Де-Лонга я также был; оно находится в верстах 22 на северо-восток от острова Столбоя, образуемого огромной скалой, возвышающейся, как колонна, посреди Лены и разделяющей ее здесь на два рукава, из которых один направляется на восток к Быкову. Де-Лонг всегда воображал, что Столбой просто мыс и предполагал, что его миновал уже давно. За 2 недели до своей смерти он писал в своей памятной книжке: «я вполне уверен, что мы находимся на острове Титуры, верстах в 40 от Кумак-Сурка». Он сбился в лабиринте рек, которые текут и перемешиваются именно в дельте, в расслабленном состоянии своего мозга, он придавал пройденным расстояниям более длины, чем было в действительности. Когда же он достиг пика, на котором был доктор и Ах-сам, и места их пристанища, бывшего земного дальше, почти все другие из его партии уже скончались. Тогда он должен был ясно увидеть, что обманулся в своих расчетах, что он находился по крайне мере за 150 верст от Кумак-Сурка, который несколько дней ранее представлял себе в 25 милях (38 верст).

Казалось, сама судьба была против него. Если б он высадился в 45 верстах далее он встретил бы инородческую деревню, к северу от Булуна, в которой инородцы живут зимой… Он прошел также в расстоянии 20 верст от охотничьей хижины, где висело 20 оленьих туш для зимнего продовольствия. К несчастью также у него не было дальнобойного оружия с того времени, как по его приказанию было оставлено на льду его собственное ружье, когда тонула Жанетта… Хотя животные попадались им редко, но в дичи (птармиганах) не было недостатка: проходя этой местностью, он постоянно писал в своих дневных записках, что следов этих птиц много, но чтобы достать их, у Алексиса был один карабин. Хоть он были хороший стрелок, однако ж ему не много удалось их настрелять. В тот день, когда Норос и Ниндерман посланы были Де-Лонгом за отысканием помощи, налетела стая до 200 птармиганов и остановилась от места стоянки всего в 200 саженях, но ни одной застрелисть не могли. С хорошим ружьем в руках Алексиса все были бы спасены. Для оленей время года было очень позднее.

Случилось еще странное обстоятельство, по моему дознанию в Жемовяльске (Gemovialsk). Некоторые тунгусы, возвращаясь в Быково, видели на снегу отпечатки следов людей, потерпевших крушение, по их мнению проходивших дня за два и при этом они забрали оружие Релингтона, оставленные Де-Лонгом в охотничьей хижине на половине дороги между местом высадки пиком. Тунгусы были испуганы этим, они вообразили, что видели следы контрабандистов или морских разбойников и, не смея последовать за ними, ушли. Приплыв в Жемовяльск, они узнали о прибытии Мельвиля с его 3 спутниками и о гибели капитана; из боязни быть наказанными за то, что не пошли по следам, они сохранили в тайне свое открытие в продолжении многих недель и сказали о том, когда уже было слишком поздно.

Со стороны Де-Лога было ошибкой стараться о сохранении своих судовых журналов и планов, очень объемистых, научных инструментов и других вещей громоздких и бесполезных, а в добавок и очень тяжелых для тех, которые их несли. Можно было бы их оставить в хижине близ места, где они высадились, между тем несчастные должны были обременить себя ими в продолжении всего гибельного пути. Все эти предметы заняли одни нарты (сани запряженные собаками), когда их нашли около пика. После ухода Нароса и Ниндермана остальной отряд от 18 до 30 октября не подвинулся более 27 верст. Наконец, Де-Лонг еще попытался унести свои журналы и карты, покинутые на месте под пиком, где умерли. Коллинс и другие, и откуда весенним наводнением их принесло вверх пика, где погибли доктор и Ах-сам; но он в состоянии был поднять только ящик с картами. Даже в то время, когда Норос и Ниндерман оставили отряд, Де-Лонг был уже очень слаб. Тогда он обыкновенно мог идти только 10 минут и затем ложился на землю отдохнуть, говоря своим спутникам: «Не занимайтесь мной, идите, сколько можете. Я пойду за вами». В продолжении своего блуждающего пути по дельте, Де-Лонг заставлял людей каждую ночь накладывать и зажигать костер в 30 фут. вышины, в надежде тем привлечь внимание людей, которые – не переставал он говорить – наверно посланы за его отысканием. Последний сожженный ими костер был в расстоянии 300 футов от места, на котором все погибли. Но напрасно пламя бросало в даль свой яркий блеск: в минуту смерти этих несчастных не было ни одного человеческого существа кругом в расстоянии 150 верст. Мельвиль и его спутники, находившиеся в Жемовяльске были от них почти в таком же расстоянии.

Могила с высоким крестом на верху, находящаяся на горе по близости хижины Монтока, видна вдали на 20-30 верст. Г. якутский губернатор Черняев сделал распоряжение покрыть всю могилу толстым слоем земли, чтобы тела не могли оттаять в могиле. Если эта мера будет немедленно приведена в исполнение, то нет сомнения, что трупы навсегда останутся неповрежденными, в безопасности от разложения, так как почва дельты в течении всего года бывает мерзлой ниже 2 фут. в глубину; таким образом тела после могут вынуть, если пожелают. Губернатор Черняев приказал приготовить эпитафию для возложения на могилу и также отдал приказание чиновнику заведывающим этим северным округом (должно быть заседателю) иметь необходимое наблюдение за сохранением в должном порядке могилы и монумента.

Капитан Юргенс, начальник русской метеорологической экспедиции на дельте Лены, имеющий отправиться туда через несколько дней отсюда, пробудет там полтора года. Он согласился делать розыски остатков лодки Чиппа сам лично и тоже прикажет делать тунгусам, с обещанием вознаграждения, если найдут что-нибудь. Капитан Юргенс распорядился построить себе деревянный дом для своего проживания, который будет сплавлен вниз по реке на плоту до того места, где будет им основана главная квартира; по всей вероятности это будет близ Баркина.

Неустроев.

Опубликовано 31 октября 1882 года.

2

Видео

Нет Видео для отображения
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
.